А вот это я б не ел (с)

На этой неделе в прокат вышел художественный фильм «Призрачная нить» режиссёра Пола Томаса Андерсона, и по этому поводу хочется сказать несколько слов. Это история английского кутюрье Рейнольдса Вудкока (Дэниел Дэй-Льюис), обшивавшего в 1950-е королевских особ. Закоренелый холостяк с первого взгляда влюбляется в официантку Альму (Вики Крипс), забирая её в свой большой дом в центре Лондона. Девушка, в отличие от своих многочисленных предшественниц, не соглашается на роль временной музы, а претендует на сердце маэстро…

Шаблонная на первый взгляд канва фильма не должна вводить в заблуждение. Фактически ПТА визуализирует древнюю даосскую мудрость: сложность – это простота, рассмотренная подробно. В почти что хрестоматийном сюжете о Художнике и его Музе режиссёра, как и Вудкока в платьях, интересует текстура. Он медленно раскручивает маховик самой истории, с формальной точки зрения топчась на месте больше часа, но за эти шестьдесят-семьдесят минут (половина хронометража всей ленты!) погружает зрителя на уровень базовых смыслов, которые ему интересны. Далее следует замысловатый кулинарный кунштюк, с одной стороны, ставящей под сомнение увиденное доселе, а с другой – порождающий принципиально иной уровень восприятия истории в целом. Обманка, уловка, фокус-покус, называйте как хотите. Собственно, из таких приёмов почти полностью состоял предыдущий фильм режиссёра – экранизация неэкранизируемой прозы Томаса Пинчона «Врождённый порок». Здесь же всё ещё тоньше, на уровне едва считываемых полутонов.

ПТА мало заботят ответы на формулируемые им вопросы. Должны ли они волновать зрителей – тоже очень большой вопрос. На самом деле, это прекрасная возможность увидеть гения за работой: как формулирует, как мыслит, какой инструментарий использует, а что выбрасывает в корзину. Аналогов конечному результату его работы попросту нет. Опыт уникальный. И речь тут, естественно, не столько о выдуманном кутюрье Вудкоке, сколько о режиссёре Поле Томасе Андерсоне. Каждый фильм которого событие по определению. А в случае с «Призрачной нитью» ещё и великолепный мастер-класс, каким может и должно быть настоящее искусство кино.

Комментировать

Конвой

А вот художественный фильм «Недруги» режиссёра Скотта Купера, в котором конвой армии США во главе с артистом Бейлом (грандиозные усищи прилагаются) депортирует умирающего вождя племени шайенов на его историческую родину в штат Монтана. Что называется, вестерн per se. Кряжистый, толстомясый жанр.

Ещё пять лет назад во время просмотра «Из пекла» (первая совместная работа Купера и Бейла) было ясней ясного, что режиссёр небезразличен к эстетике вестерна, где молчаливые мужчины без лишней суеты решают свои вопросы и проблемы. Когда простой в сущности конфликт – чаще всего надо кого-то убить или за что-то отомстить – формулируется с помощью красивых пейзажей, увесистых фраз и пронзительных взглядов. «Недруги» возникшую в 2013-м догадку подтверждают. Подтверждают на все сто.

Режиссёр Купер, в отличие от своих героев, никуда не торопится. Ведёт свой сказ обстоятельно, со знанием дела. Ближе к середине выясняется, что это не столько история о вынужденной дружбе (как известно, враг моего врага – мой друг) новоявленных граждан США и коренного населения континента, сколько повествование о судьбе человека, капитане Джозефе Блокере. Впрочем, первое не отменяет второго. Озвученные темы не соперничают, а дополняют друг друга, рождая на стыке новые, необходимые автору смыслы.

При такой постановке вопроса основной груз ложится на плечи исполнителя главной роли. А в ней – один из ярчайших артистов своего поколения Кристиан Бейл. Работает в кадре вдохновенно, с полной выкладкой и множеством лицедейских нюансов. Словом, как умеет.

Фильм Купера не совершает прорыва в доселе неизвестные жанровые сферы, но с завидной точностью следует всем писанным и неписанным правилам. Для ценителей – шикарный подарок, для всех остальных, как минимум, повод для просмотра.

Комментировать

Без газа

Нетфликсовский «Видоизменённый углерод», который достаточно бойко начинался, уже к середине сезона превратился в откровенно заунывное действо. Тот случай, когда становится совершенно всё равно, чем там дело кончилось. На том и порешим.

Комментировать

Единственный оттенок Мединского

Владимир Ростиславович не унимаетсяМинистр культуры России Владимир Мединский заявил, что голливудский фильм «Пятьдесят оттенков свободы» «обрушил» прокат отечественных лент.

По словам главы Минкультуры, неделю назад эта картина занимала 70% сеансов в кинотеатрах.

«Я не знаю, какие социальные задачи решает этот безусловный шедевр мирового кинематографа, но 70% сеансов наши киносети, естественно, это невидимая рука рынка, они ему отдавали, чем, естественно, обрушили целый ряд наших замечательных фильмов, находящихся сейчас в прокате», — сказал Мединский во время совещания при участии вице-премьера Ольги Голодец.

Следуя этой логике, автомобильные концерны США, Германии и Японии обрушивают продажи «АвтоВАЗа», европейский масс-маркет (ZARA, H&M и т.д.) обрушивает продажи фабрики «Большевичка», а французский Auchan отбирает трудовую копейку у «Пятёрочки» и «Магнита».

Гвозди бы делать из этих людей! ©

Комментировать

Karma Police

На этой неделе в прокат выходит художественный фильм «Убийство священного оленя» режиссёра Йоргоса Лантимоса, и по этому поводу необходимо сказать несколько слов. Стивен Мёрфи (Колин Фаррелл с окладистой бородой), примерный семьянин и талантливый хирург, несколько раз в месяц встречается со странным пареньком Мартином (феноменальный Барри Кеоган). Они ведут ничего не значащие беседы и сидят в кафе. Позже Стивен знакомит молодого друга с женой Анной (Николь Кидман) и детьми. После этого на благополучную во всех смыслах семью начинают сыпаться одна беда за другой…

Режиссёр Лантимос продолжает разрабатывать собственные эстетические нивы, облекая сложные философские вопросы в гротескно-фантасмагоричную форму. С самого начала (действующие лица произносят реплики отстранённо, с минимум эмоций) грек обозначает уровень условности, с которым будет иметь дело зритель во время просмотра «Убийства…». Сюжетная завязка выглядит впечатляюще, одновременно давая понять, что история семьи Мёрфи – территория мифов и художественных гипербол. Реализм Лантимоса, если и интересует, то лишь в качестве фоновых деталей (одежда, предметы быта и т.д.). Прежде всего режиссёра занимают смыслы, содержательная сторона вопроса – важна, но вторична.

Не надо обладать богатой эрудицией, чтобы обнаружить в сюжетных ходах картины очевидные отсылки к древнегреческому мифу о царе Агамемноне, убившем во время охоты оленя, хозяйкой которого была богиня Артемида. Лантимос, собственно, этого и не скрывает. Для него это часть культурного кода предков, впитанного с молоком матери. Интересней (и важнее всего), как именно он работает с этим материалом. И тут могут прозвучать лишь комплименты, переходящие в овации!

В кадре режиссёр создаёт уникальное пространство, где все знакомые предметы и атрибуты начинают жить какой-то новой, доселе невиданной жизнью. Нельзя не отметить и тончайшую работу с жанровыми регистрами, которые Лантимос переключает быстро и очень точно. Драма, триллер, хоррор, притча… При этом, естественно, это в первую очередь авторская работа. Обращение к жанровому инструментарию – игра в кошки-мышки с ожиданиями зрителя.

«Убийство…» просто обречено стать культовым фильмом. Без всяких скидок и оговорок. Второй раз подряд режиссёр Лантимос снимает картину бесспорных художественных достоинств, оглушительного качества и воздействия. Остаётся лишь снять шляпу и сказать «Браво!»

Комментировать