Ху зе факинг Элис

Посмотрел «Обитель зла» Зака Креггера, и по этому поводу хочется сказать несколько слов.

Медкурьер Брайан (Остин Абрамс) по стечению обстоятельств попадает в Раккун-Сити ровно в ту ночь, когда всё летит в тартарары, и дальше девяносто минут просто пытается выжить. Это, собственно, весь сюжет, и это, собственно, всё, что нужно было сделать с материалом такого рода. Экранизации игр десятилетиями наступали на одни и те же грабли, пытаясь пересказать лор вместо того, чтобы передать ощущение от геймплея.

Креггер поступает иначе. Он почти полностью отказывается от классического подхода: никакой Элис, никакой корпорации «Амбрелла» с её многоступенчатыми интригами, вместо этого он превращает зрителя в игрока. Камера, монтаж и звук работают так, что смотришь фильм примерно так же, как играешь в survival-хоррор. Главный герой здесь фактически вторичен, а по-настоящему интересно наблюдать за всеми теми безымянными персонажами на периферии, которых в играх принято называть NPC.

После «Варвара» и особенно «Орудий» — фильма, который умудрился быть одновременно жутким и смешным настолько, что задал новую планку жанра, — ждать от Креггера очередного откровения было почти нечестно по отношению к нему самому. «Обитель зла» действительно не дотягивает: тут меньше многослойности, меньше того тревожного психологического слоя, который делал «Орудия» разговором не только про страх, но и про травму. Здесь задача скромнее. Снять хороший аттракцион, и именно с этой скромной задачей Креггер справляется на отлично. Артист Абрамс держит весь фильм почти в одиночку, комедийная составляющая работает не хуже хоррор-части, за девяносто минут и жуткого, и смешного набирается с избытком.

В сухом остатке: не лучший фильм Креггера, но фильм, снятый с полным пониманием того, чем видеоигра отличается от кино и как это различие можно превратить в достоинство, а не в проблему.

Подробнее

Наш компас земной

А вот художественный фильм «Надежда» режиссёра На Хон-Джина, вещица, прямо скажем, не из простых. Тот случай, когда всё и правда зависит от угла восприятия. Разложить можно в обе стороны.

Из очевидных плюсов: высокооктановый экшен (особенно в первый час), дающий прикурить голливудской продукции; операторская работа и визуал в целом; мультижанровость, иной раз сбивающая с ног, но придающая всему происходящему шарм безумного аттракциона; придумка с приглашением на роли Майкла Фассбендера и Алисии Викандер (любая подробность — автоматический спойлер, поэтому обойдёмся без подробностей).

Не то чтобы минусы, но нюансы: затянутость второго акта; карикатурность некоторых персонажей; финал как таковой (очевидно, что авторская задумка, но выглядит слишком авторским ходом).

В итоге во время просмотра есть устойчивое ощущение, что встретился с чем-то настоящим и редким, что всегда отдельное удовольствие. Но на этапе пострефлексии понимаешь, что уважаемый Хон-Джин нагородил всякого-разного. В целом, рок-н-рольная история получилась. Однако, чего-то не хватает, чтобы назвать «Надежду» однозначным, безоговорочным и стопроцентным успехом.

Подробнее

Туман цитат

Посмотрел художественный фильм «Натиск» режиссёра Адама Вингарда, и по этому поводу хочется сказать несколько слов.

Это незамысловатая (с точки зрения фабулы) история о противостоянии артистки Архоны и не убиваемых суперсолдат, сбежавших из секретной лаборатории. В рамках противостояния в ход идут все виды оружия, ножи, топоры и т.д.

Вингард в начале 2020-х заглянул на территорию больших голливудских блокбастеров, а в «Натиске» вернулся к тому, с чего начинал и что умеет. Бюджетные сюжеты, снятые с выдумкой и уважением к цитируемой классике (а этого добра — цитат — у него всегда было с излишком). В случае с новой работой тоже всё было на поверхности: это большое признание в любви Джону Карпентеру.

Но что-то пошло не так… Очевидно, что ловко придуманной концепции и стилистических ухищрений слишком мало, чтобы удержать публику у экрана. Как ни странно, за происходящим должно быть интересно следить. В «Натиске» же ничего кроме озвученных ингредиентов, пожалуй, нет. Архона стреляет в суперсолдат, они не умирают, она стреляет в них снова. И так полтора часа.

Словом, какая-то совсем условная история получилась. Легче было бы выйти и сказать, как сильно он любит Карпентера. Потому как всем цитируемым фильмам классика «Натиск» проигрывает просто в одну калитку.

Подробнее

by NWR

Посмотрел «Её личный ад» Николаса Виндинга Рёфна, и по этому поводу хочется сказать несколько слов.

Элль (Софи Тэтчер), звезда какого-то смутного будущего, выходит из тумана в безымянном мегаполисе, похожем на «Бегущего по лезвию». Дальше начинается что-то вроде сюжета: отец (Дюгрей Скотт), которого называют режиссёром; его бывшая девушка, ставшая мачехой Элль; американский солдат (Чарльз Мелтон), разыскивающий пропавшую дочь; и человек в кожаном костюме с бриллиантовыми перчатками, который хочет, чтобы женщина назвала его «папочка», прежде чем вырвать ей грудную клетку. Правда ближе к финалу все эти нюансы перестают иметь хоть какое-то значение.

Для Рёфна «Её личный ад» — первый полный метр за последние десять лет. И в данном случае это имеет значение. С 2016 года датчанин отметился двумя сериалами («Слишком стар, чтобы умереть молодым» и «Ковбой из Копенгагена»), где за один эпизод (серию) происходило примерно столько же событий, сколько обычно происходит за 5 минут экранного времени. Но сам хронометраж сериалов позволял довести начатое до конца, и в какой-то момент осознанная медленность трансформировалась в медитативность, что давало известный результат со знаком плюс. Тут же на всё про всё 109 минут, а приём тот же. И так, к сожалению, не работает. Вместо медитативности, при всей любви к Рёфну, ничего кроме ощущения пустоты не возникает.

Артистка Тэтчер в этом смысловом хаосе держится вполне достойно: истерика, отчаяние и странная отстранённость сменяют друг друга без видимого перехода, и это, кажется, единственное, что реально удерживает внимание на протяжении всех двух часов. Чарльз Мелтон рядом с ней выглядит скорее функцией, чем персонажем, но свой крест несёт, что называется, до конца.

По сути, «Её личный ад» — фильм-испытание. Либо ты готов сидеть в тёмном зале и смотреть на убийцу в фетиш-костюме, преследующего моделей по стеклянно-стальному городу будущего, находя в этом самостоятельную эстетическую ценность, либо нет. Какой-то золотой середины не обнаруживается.

Красиво, местами гипнотично, но связного высказывания из этого не получилось. В самом начале в ироничном контексте упоминается Ганс Христиан Андерсен. Не сложно догадаться, что для Рёфна это ключ, который он сразу же выкладывает перед зрителем. Однако сказочность всего происходящего не отменяет его надуманности, увы.

P.S. Музыка 84-летнего Пино Донаджо (к слову, постоянного композитора Брайана Де Пальмы) совершенно прекрасна.

Подробнее

Беспокойный отец

А вот художественный фильм «Живая ярость» режиссёра Кэндзи Танигаки. Сказ о том, как где-то в Юго-Восточной Азии у немого мастера на час Ван Вэя (Се Мяо) злодеи похищают дочку прямо на улице. Не добившись справедливости в ближайшем отделении полиции, мужчина решает самостоятельно разобраться в вопросе. С помощью многочисленных навыков по боевым искусствам. Помочь ему в этом, по своим причинам и со своей мотивацией, решает журналист Навин (Джо Таслим). А дальше — почти безостановочный экшн с хрустом костей и позвонков.

Уже по трейлерам было понятно, что с точки зрения action choreography режиссёр Танигаки предлагает серьёзный, обстоятельный разговор, на уровне франшизы про Уика и дилогии «Рейд». Собственно, во время просмотра это предположение находит многочисленные подтверждения. Снято и сделано со знанием дела, спорить с этим сможет разве что слепой. Но главный вопрос в таких случаях всегда в другом: есть ли в картине, помимо этого, что-то ещё? «Живая ярость» на наличие таких компонентов явно претендует, но получается «на троечку». И не сказать, что это какой-то упрёк. Правила, по которым играет Танигаки, вполне понятны и прозрачны. К чему наводить дополнительной драмы, когда все прекрасно понимают, для чего собрались.

Ближе к финалу махание руками и ногами, пусть и сделанное с недюжинной выдумкой и очевидным талантом, начинает немного утомлять. Бьют-бьют, а толку никакого. Но, памятуя о жанре, невозможно не признать, что «Живая ярость» сразу после премьеры врывается в условный топ-3 подобного рода картин и столбит там место.

Подробнее

В серой зоне

На этой неделе в прокат вышел художественный фильм «Грязные деньги» режиссёра Гая Ричи, и по этому поводу хочется сказать несколько слов.

Не самый честный (мягко выражаясь) латиноамериканский магнат Саласар (Карлос Бардем) не хочет отдавать миллиард долларов, который задолжал транснациональной компании с головным офисом в Нью-Йорке. На помощь капиталистам приходит Рейчел (Эйса Гонсалес), готовая за процент оказать давление на криминального авторитета и вернуть деньги законным хозяевам. В этом ей помогут старинные друзья-приятели Бронко (Джейк Джилленхол) и Сид (Генри Кавилл), умеющие решать вопросы любой сложности…

Режиссёр Ричи в последние годы набрал крейсерские скорости, выдавая на-гора по фильму в год. Где-то слабее, где-то бодрее, но средняя температура по больнице пока сохраняется на вполне приемлемых величинах: не замёрзнешь, но и в жар не бросит. В этой обойме «Грязные деньги» смотрятся на своём месте, общего положения дел не портят. За сценарий отвечал лично Ричи (это, к слову, всегда чувствуется; когда имеются соавторы, конечный результат по-другому звучит), а отсюда и фирменные ирония и юмор. Местами так и вовсе замечательные, но чаще просто позволяющие сидеть с приятной полуулыбкой на лице. При этом, надо заметить, что Ричи успевает и вполне серьёзные, самые что ни на есть актуальные темы затронуть, без излишнего акцентирования, но всё на виду. Плюс очевидная химия между Джилленхолом и Кавиллом. Отличный актёрский дуэт получился, где каждый хорошо понимает «внутрянку» своего персонажа.

Совокупность этих факторов почти до самого финала производит крайне приятное впечатление. Всегда здорово в жанровую историю погрузиться, от которой кровь из глаз не пойдёт. Пробуксовка случается, пожалуй, в самом конце. Такое ощущение, что закончилось всё на самом интересном месте… Явственно не хватило заключительного аккорда, который окончательно всё бы по своим местам расставил. Сокрушительного ущерба сей нюанс увиденному ранее не наносит, но градус восприятия снижает. Могло быть лучше, могло.

Насколько это трагично и трагично ли в принципе? Нет, конечно. Ричи, как кажется, в последние годы ни на что не претендует. Просто развлекается и получает удовольствие. И последнее — удовольствие — «Грязные деньги» доставить вполне могут.

Подробнее

Торжество

Посмотрел художественный фильм «Вот это драма!» режиссёра Кристоффера Боргли, и по этому поводу хочется сказать несколько слов.

Чарли (Роберт Паттинсон) и Эмма (Зендея) готовятся к свадьбе. Однажды посиделки с друзьями превращаются в проверку на искренность: каждый должен рассказать о себе самое постыдное, что с ним когда-либо случалось. Эмма, перебрав с количеством выпитого вина, делится откровениями, от которых других бросает в холод. В первую очередь это касается Чарли. Но отступать некуда, самые главные слова перед алтарём должны быть сказаны уже через считанные дни…

Норвежец Боргли во всеуслышание заявил о себе в 2023-м «Героем наших снов», остроумной и отлично сыгранной сатирой на тему общественных страхов и cancel culture, подарив артисту Кейджу ещё одну — абсолютно заслуженную — номинацию на «Золотой Глобус». Уже тогда, три года назад, стало ясно, что Голливуд приметил самобытного автора-варяга, способного развернуться на все сто, при наличии должных ресурсов и должной поддержки. Его новая работа это предположение успешно подтверждает, одновременно дополняя портрет режиссёра новыми штрихами.

«Вот это драма!» — прекрасный пример работающего механизма, где жанровые шестерёнки (собственно драма, сатира, комедия) гармонично дополняют друг друга, а автор озвучивает свои наблюдения по широкому спектру проблем и вопросов. В хорошем смысле, здесь есть за что зацепиться, о чём подумать и поразмышлять. Пожалуй, единственная претензия, которую можно предъявить Боргли, состоит в том, что жанровая полифония в какой-то момент начинает играть против самой себя. Сатирическо-комедийные элементы, которые обнаруживают себя ближе к финалу, не так чтобы вяжутся с изначальной системой координат, серьёзной и обстоятельной.

Впрочем, такие инвективы носят характер гамбургского счёта. Если же говорить по существу, «Вот это драма!» — достойнейший представитель авторского кино per se, который, думается, оценил бы и старина Бергман.

Подробнее

Золотое дно

Посмотрел художественный фильм «Наследник» режиссёра Джона Паттона Форда, и по этому поводу хочется сказать несколько слов. В оригинале картина называется How to Make a Killing, что, как ни странно, никакого отношения к убийствам не имеет. Эта английская идиома буквально означает «как очень быстро разбогатеть». Именно это пытается сделать Беккет Редфеллоу (Глен Пауэлл), отпрыск клана миллиардеров, выкинутый на обочину жизни по причине строптивости своей матушки. Перед смертью та сообщила, что в случае смерти всех своих родственников, все бесконечные богатства достанутся ему. После недолгих размышлений Беккет решает ускорить этот максимально естественный процесс.

Режиссёр Форд скрещивает в своей работе сатирические штрихи с элементами триллера и очевидными комедийными реверансами. Никаких тяжеловесностей тут нет и в помине, и, очевидно, даже не предполагалось. Перед нами лёгкие покусывания «власть имущих» (в широком смысле), над которыми не нужно — по мысли авторов — думать, а можно лишь посмеяться. И это, как минимум во время просмотра, вполне работает. Чуть сложнее становится после, когда обнаруживается, что в теле этого складного на вид повествования торчат то тут, то там белые нитки. Их не так чтобы много, но они точно есть. В принципе, ничего страшного и смертельного. Однако, думается, что покопай Форд чуть поглубже, могла бы выйти история другого уровня и глубины.

В итоге «Наследник» неплохо работает в условиях отсутствия каких-либо ожиданий: нестыдный мейнстрим на вечер, who cares. При этом сермяжная правда жизни состоит в том, что сама сюжетная основа имела куда больший потенциал.

Подробнее

Домашняя работа

Посмотрел художественный фильм «Горничная» режиссёра Пола Фига, и по этому поводу хочется сказать несколько слов.

Молодая девушка Милли (Сидни Суини) устраивается на работу горничной в загородный дом зажиточного семейства Винчестер. Жена (Аманда Сайфред) — эмоционально неустойчивая домохозяйка, страдающая в обществе богатеньких подруг. Муж (Брэндон Скленар) — спокойный как скала IT-миллионер. Очень быстро выясняется, что скелеты в шкафу есть не только у Милли, обманувшей на собеседовании будущего работодателя, но и у «идеальной» пары Винчестер…

При всей смысловой предсказуемости фильм режиссёра Фига оказывается чуть сложнее, чем может показаться на первый взгляд. Это такая матрёшка, из которой раз в 30 минут авторы достают уменьшенную копию казалось бы всё того же подарочного сувенира. В первый час возникает устойчивое ощущение, что смотришь старый добрый триллер из 1990-х, где всё и все на своих местах. Такое чистое незамутнённое удовольствие. Далее сюжет делает сальто-мортале (что само по себе вполне ожидаемо, без сюжетных твистов в жанровом кино далеко не уехать), формируя новую систему координат. Но и этого Фигу мало. Ближе к финалу случается ещё несколько «неожиданностей». Тут, правда, стоит разделять интригу как таковую и повествовательный нарратив. Прежде всего с точки зрения авторской интонации.

Изначально «Горничная» выглядит крепкой жанровой работой, снятой с серьёзным выражением лица. Однако, чем дальше, тем больше начинает казаться, что режиссёр решил всего лишь «поиграть в жанр». Происходящее на экране всё больше напоминает постмодернистские прихлопы и притопы. При этом, что важно, не факт, что сам Фиг ставил перед собой такую задачу. Вполне возможно, что он как раз и снимал чистый триллер, без двойного дна, мета-иронии и т.д. И в таком случае «Горничная» моментально превращается в пародию на саму себя, почти что B-movie (правда, сделанное с любовью и на совесть).

Словом, вопросов на финальных титрах больше, чем ответов. Не в плане сюжета, там как раз всё максимально прозрачно, а в плане авторской позиции. Другое дело, нужна ли она там вообще? Но за вайб из 1990-х и кубриковского «Барри Линдона» (есть там на эту тему шутка юмора) — искреннее спасибо!

Подробнее

Дела семейные

А вот художественный фильм «Отец мать сестра брат» режиссёра Джима Джармуша, где родственные души пытаются наладить диалог друг с другом сквозь поколения.

Классический джармушевский нарратив (в третьей главе про брата и сестру, так и вовсе есть прямые визуальные цитаты из «Кофе и сигарет»), когда минимальное количество действа и действий на экране, тем не менее, никоим образом не отражается на зрительской вовлечённости. Все три истории это истории о сломанной коммуникации, которая, с одной стороны, требует «починки», а с другой, совершенно в этом не нуждается. Потому что у каждого есть свои дела, свои заботы, своя жизнь, и, как выясняется, маячащие на горизонте родственники ровным счётом ничего не улучшают.

Жаловаться на то, что режиссёр Джармуш не сообщает о себе ничего нового — наивно и глупо. Джиму это — выходить за собственные горизонты — давным-давно не интересно (да и нужно ли?). «Отец мать сестра брат» пример коллективной медитации в семейном кругу. При всей некоммуникабельности этой встречи, какое-никакое человеческое тепло всё-таки возникает. В конечном счёте, это ещё одна работа о «маленьких людях», мечтающих о своём маленьком счастье. В данном конкретном случае посредством налаживания отношений с родителями.

При этом, за что именно фильму вручили Золотого льва в Венеции совершенно непонятно. Очевидно, вручили не картине как таковой, а именно Джармушу. Впрочем, когда речь идёт о мастерах такого калибра, вся эта наградная суета не имеет никакого значения.

Просмотр новой картины американца это прежде всего встреча с ним. А таких встреч много не бывает по определению.

Подробнее