Full Frontal

Посмотрел документальный фильм «Рокко: Легенда крупным планом» режиссёрского тандема Тьерри Демезьера и Альбана Терле, в котором икона европейской порноиндустрии предстаёт рефлексирующей натурой с тонкой душевной организацией.

Любая документальное высказывание в режиме «Жизнь замечательных людей» не только приоткрывает «завесу тайны», но и создаёт (и осмысляет) некий контекст, в котором эти замечательные люди пребывают. В случае с Сиффреди — это порно. Порно как бизнес, как неотъемлемая часть жизни, как громоотвод для внутренних демонов.

Здесь нет никаких откровений (любому здравомыслящему человеку понятно, что работа в порноиндустрии далеко не сахар), а есть фиксация будней главного героя: на съёмочной площадке, в семейном кругу, в спортивном зале. Иногда взгляд со стороны прерывается его закадровыми монологами, дающими общее представление о том, почему всё сложилось именно так, как сложилось.

Фильм Демезьера и Терле не назовёшь прорывом или безусловным успехом, но это совсем нестыдная работа о человеке необычной судьбы. Самое важное, что временами за маской той самой «легенды» мелькает живая душа. Для документального биографического кино это важно. В этот раз Сиффреди снял не просто одежду, а что-то большее. Кожу, защитный слой. И за этим процессом было интересно следить и наблюдать.

Комментировать

Звёздная война

 Посмотрел документальный фильм Фрэнка Павича «Дюна Ходоровского», в котором все причастные (естественно, во главе с самим Алехандро) рассказывают, почему в середине 1970-х так и не начались съёмки картины, которая могла бы перевернуть все представления о научно-фантастическом жанре.

Хронология событий была следующей: до французского продюсера Мишеля Сейду докатилась слава Ходоровски, в одночасье ставшего культовым режиссёром после ошеломляющего успеха «Крота».  Они знакомятся, Сейду даёт $1 млн на съёмки «Священной горы». После просмотра «Горы» Сейду готов продюсировать любой проект режиссёра. Тот решает взяться за «Дюну» Фрэнка Герберта. Пишет сценарий. Со всеми своими излюбленными темами: кастрация, насилие, зашифрованные символы, визуальное пиршество и т.д. Начинают собирать команду. Ходо ставит только одно условие: в его команде должны быть исключительно «воины духа», а не просто профессионалы. Люди, готовые отдать жизнь за этот проект. Он привлекает молодых и никому неизвестных Дэна О’Бэннона (будущий сценарист «Чужого») и Х.Р. Гигера (создатель Ксеноморфа). Раскадровку для фильма (всего было сделано около 3000 эскизов) рисует выдающийся французский художник Жан Жиро. На участие в съёмках дали своё согласие Мик Джаггер, Дэвид Кэррадайн, Орсон Уэллс и Сальвадор Дали (!). Над саундтреком должны были работать Pink Floyd. После того, как все договорённости были достигнуты, Сейду разослал огромный том с раскадровкой во все крупные голливудские студии (бюджет картины должен был составить немалые по тем временам $15 млн). И… получил отказ! Все были восхищены проделанной Ходоровски работой, но банально испугались. Речь шла о бескомпромиссном фильме. По словам режиссёра, о «лучшем фильме в истории человечества!».

Несмотря на то, что «Дюна» так и не была снята, огромное количество заимствований можно обнаружить во многих голливудских фильмах жанра sci-fi. В первую очередь, в «Звёздных войнах» и «Чужом». В каком мире мы бы сейчас жили, сними Ходоровски свою картину до выхода лукасовской саги — остаётся только догадываться. Но он бы совершенно точно был другим. Как и восприятие жанра в целом.

Краткий пересказ событийной стороны вопроса, конечно, не передаёт всей прелести живых интервью Ходо. Его можно слушать бесконечно! (Когда он приезжал в Москву в 2009 году, в свои 80 лет он был моложе всяк и каждого, присутствующего на пресс-конференции). Он же, строго говоря, не столько режиссёр, сколько Художник, Мудрец, современный Алхимик. Просто нужные себе смыслы любит выражать в первую очередь с помощью киноязыка. В этом смысле, всем нам очень повезло.

Сама история крайне поучительна. И никаких поводов для радости в сухом остатке тут нет и быть не может. Голливуд — большой Макдоналдс, где точно не отравишься, но и не поужинаешь. Авторская кухня в других местах и, так сказать, по другим ценам. Факт известный. Охать и ахать тут бессмысленно.

Но вот могло ж (когда ещё, если не в славные 1970-е?) случиться что-то настоящее, но не случилось. Кто тут проиграл больше — зритель, Голливуд или сам Ходо — понятно и так. Проиграли все. Прежде всего, жанровый кинематограф как таковой. А потом молодой режиссёр Лукас сделал то, что он сделал.

Вот такая загогулина, словом.

Комментировать

Молчание ягнят

Посмотрел документальный фильм Дени Коте «Бестиарий». И об этом хочется сказать несколько слов. Первая встреча с Коте (не только в переносном, но и прямом смысле) случилась на Берлинском кинофестивале в 2013 году, где он представлял один из самых странных фильмов конкурсной программы с выразительным названием «Вик и Фло увидели медведя». Что увидела тогда пресса — бред сумасшедшего или fucking masterpiece — до сих пор непонятно. Сразу после просмотра казалось, что первое, сейчас же кажется, что скорее второе. Как минимум, картина радикальным образом выбивалась из череды крепко сколоченного авторского кинематографа. «Бестиарий» Коте снял за год до «Вик и Фло…».

Бестиарием в средние века называли сборники с описанием птиц, животных, рыб и даже мифологических существ. Коте сосредотачивается на животных. Его безэмоциональный режиссёрский взор делает предметом своего изучения: класс живописи, где молодые художники делают эскизы с чучел; мастерскую таксидермиста, где этих чучел изготовляют; зоопарк, где братья наши меньшие томятся в неволе, мечтая о лучшей доле.

В «Бестиарии» нет диалогов, на протяжении всего фильма с экрана звучит несколько ничего не значащих фоновых фраз. Это театр Silentium, царство тишины. Здесь надо не вслушиваться, надо всматриваться и наблюдать. Наблюдать за серыми буднями животных, дабы что-то понять о человеке. Конечно, очень просто подвести позицию режиссёра под лозунги о жестокости обращения с тиграми, львами и прочими детьми дикой природы. Такая точка зрения имеет право на существование. Но, думается, взгляд Коте куда шире. С помощью средних и крупных планов, выстраивая каждый кадр не по законам документального, а по законам художественного кино, он молчаливо и беспристрастно напирает на детали, которые вряд ли «попадались на глаза» даже любителям канала Animal Planet.

Его «Бестиарий» посвящён и обращён к главному зверю, царю природы — человеку. Своим медитативным и в высшей степени сдержанным фильмом Коте, в сущности, проговаривает одну единственную, но принципиально важную мысль: человек всего лишь часть природы, а не её хозяин. Думать иначе — большая ошибка.

2 3 4 5

P.S. Это не последний разговор о Коте.

Комментировать