Ты дома (с)

Так вот про второй сезон сериала «Оставленные». Кевин Гарви (Джастин Теру)  с семейством перебирается в городок Миракль, единственный в стране избежавший участи «исчезновения». Правда, совсем скоро это всё-таки случается. Трое школьниц пропадают без вести: ни следов, ни записок, ни единой зацепки. Гарви, тем временем, ведёт разговоры с мёртвой Пэтти (Энн Дауд), начиная осознавать, что повторяет участь отца…

Первый сезон «Оставленных» был мастерской и по-настоящему глубокой работой о кризисе веры, хрупкости человеческих взаимоотношений и фундаментальных основах, на которых зиждется любое сообщество людей. Артист Теру совершал утренние пробежки, прекрасная Лив Тайлер безостановочно курила, а за кадром звучала гениальная (это не преувеличение) музыка Макса Рихтера. Это была штучная работа. Глоток воздуха. Вдумчивое размышление. Понятно, что такие вещи не нуждаются в продолжении, но иногда они (продолжения) случаются. «Оставленные» не стали исключением. Получилось проще и прямолинейней. Однако не без красивых придумок и любопытных наблюдений.

К режиссёрской команде сериала присоединился Крейг Зобел, автор indie-хита 2012 года «Эксперимент „Повиновение“». Он снял всего лишь две серии, но одна из них — восьмая — оправдывает существования второго сезона в целом. Это праздник, чистый восторг.

Сюжетная тропинка продолжения излишне витиевата и местами запутана. Хронометраж, как известно, требует жертв. И их тут много. Если начинать формулировать вопросы, исходя из сценарных креплений, замков и засовов, то… Единственное (настоящее!) оправдание этой «лихорадки» — сохранённая интонация, атмосферность. Они здесь есть, и с этим невозможно спорить.

Рассуждения на тему — имело ли смысл каналу HBO затевать второй сезон? — смысла не имеют. Он уже снят. Его просмотр нельзя внести в обязательную программу. В канон современного американского ТВ он явно не попадёт. Но эта констатация не способна перечеркнуть всего остального. Проблема сезона не в том, что он слаб или плох (в целом, он хорош), а в том, что его предшественник являл собой пример выдающейся работы.

Комментировать

Очень странная девочка

Начал смотреть сериал «The OA» умницы Брит Марлинг и человека с непроизносимой фамилией Батманглидж, который они сняли для Netflix, и стало окончательно ясно, что негласная телевизионная война каналом HBO проиграна вчистую. Этих ребят (Netflix в смысле) уже не остановить.

Комментировать

Восстание машин

На выходных состоялась премьера заключительной серии первого сезона «Мира дикого Запада», и это по-своему знаменательное событие требует некоторого осмысления.  Сериал позиционировался как главная осенняя премьера HBO, что само по себе (оставляя за скобками персоны создателей и актёрский ансамбль проекта) задавало высокую планку ожиданий. Тревожным звоночком, правда, было уже то, что встреча со зрителем была перенесена с весны на октябрь: имели место пересъёмки. По окончанию просмотра можно смело констатировать — они (пересъёмки) не помогли.

Оригинальный фильм Майкла Крайтона 1973 года был достаточно неповоротливым, местами наивным созданием, существование которого, впрочем, оправдано базовым месседжем режиссёра: не играйте в Бога, ваши «дети» могут восстать против вас. В дальнейшем эта мысль легла в основу целого пласта кинофантастики (Джеймс Кэмерон не даст соврать), пустив корни в сознании уже нескольких поколений зрителей. Но для 10-серийного телесезона этого слишком мало. Надо углублять, расширять, надстраивать что-то своё, отсекая банальности и трюизмы.

Продюсеры Нолан, Джой и Абрамс выбрали совсем кривую тропинку: придумали добротный сюжетный твист и превратили своё детище в его заложника. Фундаментальная проблема «Мира…» в том, что на протяжении 60% его хронометража ничего не происходит. Совсем ничего. Да, персонажи перемещаются из точки А в точку B, спорят, стреляют, совершают различные действия, но за этим сложно разглядеть хоть какое-то подобие смысла.

Сэр Энтони Хопкинс отдувается за всех. Смотрит ледяным взглядом, проговаривает банальности на тему «я вас породил, я вас и убью». Но у его персонажа есть своя история, свой «сюжет». За ним интересно следить, открывать новые грани загадочного доктора Форда. Все остальные (даже Человек в чёрном) — функции, винтики, детали несуразного и неповоротливого механизма.

Во время просмотра «Мира…», что само по себе уже очень плохо, хочется задаться школьным вопросом «а о чём вообще это всё?» О роботах, о людях, о чувствах, о добре или зле? И нет ответа. Это в первую очередь совершенно искусственная конструкция с несформулированной до конца сверхидеей, отсутствие которой нельзя спрятать ни за какими красивостями, спецэффектами и актёрскими работами Хопкинса и Эда Харриса. Можно было снять достойный мини-сериал на 4 эпизода. Но вместо 4 сделали 10, растеряв по дороге всё, что имело смысл хранить как зеницу ока.

Съёмки второго сезона уже анонсированы. Но причин и аргументов для его просмотра, увы, нет.

Комментировать

Прыжки на месте

Оно, конечно, не очень хорошо до конца сезона какие-то выводы формулировать, но с каждой серией «Мира дикого Запада» всё очевиднее, что проект не взлетел. Ну, или как минимум, всячески этому сопротивляется.

Комментировать