Мне бы в небо

Художественный фильм «Сделано в Америке» режиссёра Дага Лаймана из тех редких случаев, когда результат значительно превосходит ожидания. Изначально было ясно, что картина окажется, как минимум, смотрибельной, но на деле и постановщик и главная звезда проекта (Том Круз) преподнесли на блюдечке одну из лучших сатирических лент года, где всё на своём месте, к месту и по делу. Если по итогам 2017-го фильм окажется в числе оскаровских номинантов, в этом не будет ничего удивительного.

Это история пилота Барри Сила, в чьих услугах нуждалось как ЦРУ, так и колумбийский наркокартель. Придумав опасную, но работающую схему — лечу в Колумбию по заданию ЦРУ, возвращаюсь из Колумбии с наркотиками на борту — Сил очень быстро превратился в настоящего богача, вынужденного в буквальном смысле закапывать сумки с деньгами в землю. Пикантности разворачивающемуся на экране действу придаёт тот факт, что в основу ленты положены реальные события.

Как уже было сказано, в первую очередь — это сатира (и только потом, например, драма или триллер). Для режиссёра Лаймана — и он очень остроумно это показывает и доказывает — нет никакой разницы между правительственными спецслужбами и людьми Пабло Эскобара. Разница лишь в словах, написанных на визитках. Цели и методы их достижения идентичны. Но и главный герой в этой конструкции отнюдь не заложник обстоятельств и «бедная овечка». Барри Сил «доил» обе стороны, прекрасно отдавая себе отчёт, чем это может в итоге закончиться.

«Сделано в Америке» снят с удивительным, по-настоящему молодецким задором. Саундтрек, операторская работа (Содерберг точно одобрит!), монтажные решения, работа артиста Круза: какую составляющую не возьми, всюду радостное вдохновение чувствуется. Видно, что режиссёр не номер отбывал, а действительно важным и любимым проектом занимался. Кассовые сборы, возможные номинации (или их отсутствие) — всё это вторично. Просто режиссёр Лайман снял свой лучший фильм. И вот как раз это важнее всего остального.

Комментировать

Тайны следствия

Добрался до художественного фильма «Наёмник» режиссёра Майкла Куэсты. По сравнению с его предыдущей работой «Убить гонца», где помимо увлекательного и, что называется, умного повествования было ещё и авторское высказывание социально-политического свойства, история молоденького Митча Рэппа выглядит совсем уж вегетарианским блюдом. Если подходить с точки зрения чистого жанра — имеет право на существование, если вспомнить, что на капитанском мостике вполне себе состоявшийся постановщик значится — холостой выстрел.

Артист Китон хорош! Но он везде хорош. Общий (очень средний) уровень картины его работа не искупает и не оправдывает.

Комментировать

I want to ask you some questions


Так вот о художественном фильме «Бегущий по лезвию 2049» режиссёра Дени Вильнёва, в котором артист Гослинг хочет докопаться до правды, своими делами и поступками переосмысляя (и одновременно продолжая) классику жанра sci-fi тридцатипятилетней давности.

Что и говорить, перед выдающимся канадцем стояла задача не из лёгких. Перечисление возможных (и возникших) подводных камней во время съёмок сиквела cult classic могло бы занять пару абзацев. Но первостепенный вопрос, на который предстояло ответить Вильнёву результатом, мог бы сформулировать любой зритель, смотревший оригинал: нужно ли продолжение столь объёмному и завершённому в своей внутренней логике фильму? С одной стороны, ответ совершенно очевиден. С другой, это потрясающий вызов и прекраснейшая из возможных авантюр.

О «Бегущем по лезвию» Ридли Скотта написаны десятки неглупых монографий и сотни (если не тысячи) статей, раскладывающих не столько содержательную, сколько смысловую, концептуальную основу картины на бесконечное множество кирпичиков и кусочков. Скотт-старший сделал шикарный подарок киноведам и философам, обозначив темы, актуальность которых лишь возрастает.

Вильнёв рискнул, и… И тут важно сделать принципиальную оговорку о ракурсе, выбранном для рассмотрения событий 2049 года. Точнее — ракурсах. Дени проделал работу титанической сложности, каждая составляющая которой максимально близка к идеалу. Буквально с первых минут просмотра не остаётся никаких сомнений, что перед тобой по-настоящему большое кино, случающееся в современном Голливуде крайне редко и исключительно по праздникам. Фундаментальная проблема (и это претензия, если сиё размышление вообще можно счесть за претензию, отнюдь не к режиссёру) сиквела в другом: ему категорически нечего добавить к тому, что было сказано Ридли в 1982 году. Это безумно красивый и захватывающий спич талантливейшего человека, который на деле скороговоркой проговаривает всем известные факты, отповеди и вопрошания. Внимание держит исключительно, но по завершению «лекции» в голове лишь изящные интонации, а не содержание (на сутевом уровне) сказанного.

Да, перед господином Вильнёвом можно снять шляпу и любой другой головной убор (женщины могут обойтись почтительным книксеном). Формально он снял выдающийся сиквел, на три головы выше и сильнее бесконечного конвейерного производства made in Hollywood. Но потерпел поражение на территории смыслов: повторы, повторы, повторы. Какой из ракурсов станет базисом для восприятия случившегося —  каждый решит для себя сам.

Комментировать

It Is Happening Again

Да, так вот о третьем сезоне «Твин Пикс». Пожалуй, главном событии этого года на американском телевидении. Как известно, взаимоотношения боссов Showtime с режиссёром Линчем складывались непросто. В какой-то момент классик объявил, что уходит, но позже сменил гнев на милость. После просмотра опасения телеканала становятся, как минимум, понятными. Дэвид соорудил во многом уникальную конструкцию, где вопросы «зачем?» и «почему?» не имеют ровным счётом никакого смысла.

Конечно, при желании (точнее, при очень большом желании) можно расшифровать любые, даже самые алогичные поступки героев сериала. Только всё это стрельба в молоко. В «Твин Пикс» Линч включает своё нетривиальное чувство юмора (близкое к беккетовскому абсурдизму) на полную катушку, «склеивая» таким образом совершенно разные смыслы, приёмы, сюжетные ходы и просто отличные, по-настоящему смешные гэги. В сущности, это очень похоже на реальную жизнь, где следствие далеко не всегда вытекает из причины, а иное казалось бы перспективное действие может оборваться на полуслове.

Воспользовавшись творческой свободой, Линч снял чистейший peace of art, самостоятельную и самодостаточную вселенную, существующую по своим правилам и законам. Привычные измерительные приборы тут просто не работают, мгновенно сбоят. И именно это важнее всего остального. Американский классик обнажил здесь себя, предъявив зрителю весь свой инструментарий. А инструментов, гаечек и болтиков там великое множество. Хватило на восемнадцать часовых серий! По третьему сезону «Твин Пикс» Линча можно препарировать и изучать. Но что интересно: вроде все карты на столе, а как именно это сделано зачастую непонятно. Сделано не с технической точки зрения, а на базовом, концептуальном уровне. С другой стороны, в этом есть железобетонная логика чего-то большого и настоящего, имеющего прямое отношение к искусству. Вполне возможно, что всех ответов нет и у самого режиссёра. И это нормально. Творческие озарения математическим расчётам не поддаются.

На финальных титрах заключительной серии захотелось пересмотреть сезон заново. Как в одном из интервью сказал сам режиссёр: «Твин Пикс» надо не смотреть, его надо слушать. Нет никаких сомнений, сказано это было не для красного словца.

То, что Дэвид Линч — гений, мы знали и до этого. Тем не менее, очень здорово, когда разменявший восьмой десяток классик об этом не просто напоминает, а доказывает с оглушающей мощью и силой.

Комментировать

Пойти в разведку

Сегодня в прокат вышел художественный фильм «Kingsman: Золотое кольцо» режиссёра Мэттью Вона, и по этому поводу хочется сказать несколько слов. На место импозантного злодея (артист Джексон был шикарен в первой части!) заступает Джулианна Мур, шантажирующая мир антидотом от смертельной напасти, обрушившейся на всех любителей наркотиков. Выжившие агенты британской секретной службы Kingsman и их американские коллеги из Statesman попытаются остановить красавицу-маньяка.

Как известно, «Золотое кольцо» — первый сиквел в карьере Мэттью Вона, до сей поры держащегося поодаль от любых продолжений. Причины понятны: второй заход должен быть мощнее, громче и яростней оригинала, иначе грош цена самой идее. В случае с «Kingsman» задача была сложнее вдвойне. Уж больно разухабисто-хулиганским и, что важнее, самобытным получился фильм 2015 года. Чтобы двинуться дальше, избежав самоповтора, нужно было очень постараться. Вон рискнул и… проиграл.

Необходимо проговорить, «Золотое кольцо» — более чем смотрибельное кино с рядом достойных экшн-сцен и десятком отличных шуток (над некоторыми не стыдно рассмеяться и в голос!). Но сия констатация не способна отменить того факта, что Вон, пожалуй, впервые в карьере, снял абсолютно стерильный фильм. На один раз. Здесь есть гэги, ирония, сарказм. Однако отсутствует даже намёк на прорыв и «что-то новенькое». Все силы ушли на формальные придумки, содержательных же тут попросту нет.

Конечно, это не трагедия! Качественное развлечение всегда было в цене, но для талантливого англичанина это всего лишь топтание на месте, и не больше. Тот случай, когда технически всё исполнено на высочайшем уровне, а внутри — пустота.

Комментировать

Мать и дитя

Так вот о художественном фильме «Мама!» режиссёра Даррена Аронофски. Артисты Бардем и Лоуренс играют семейную пару, прячущуюся от житейской суеты в большом загородном доме, где нет даже мобильной связи. Она — примерная хозяйка, он — известный некогда писатель. Покой нарушает взбалмошная пара незнакомцев (великолепные актёрские работы Эда Харриса и Мишель Пфайффер), появившаяся на пороге под откровенно выдуманным предлогом. И если глава семейства не скрывает радости от встречи с нежданными гостями, то раздражение молодой жены растёт с каждой минутой.

После сложносочинённого «Ноя», где режиссёр самостоятельно углубился в библейские чащи настолько, что не смог найти путь назад, Аронофски ступает на территорию условного хоррора, где формальная жанровая принадлежность фильма не более чем ширма для бескомпромиссного авторского высказывания. Получилось увесисто, с полной, так сказать, выкладкой.

Пользуясь случаем (да и как не воспользоваться, если сценарий собственного сочинения), Даррен выстраивает многоуровневую метафору, фундаментом которой являются размышления об институте брака и (это самое главное!) природе творчества. Точнее, топливе, необходимом любому творцу для создания чего-то нового и настоящего.

Аронофски использует приём деконструкции, в какой-то момент сбивая все предыдущие «настройки» и обрушивая на зрителя смысловой и визуальный хаос. В финале истории всё встанет на свои места, но бойкость, с которой автор берётся за дело, может вызвать неоднозначную зрительскую реакцию не только во время просмотра (во время просмотра такая реакция гарантирована), но и после него. Хозяин — барин! Местами это выглядит перебором, однако работает. Работает на изначальный замысел. Можно говорить об отсутствии баланса (как уже случалось в «Фонтане» и упомянутом «Ное»), этаком режиссёрском раздрае, но в случае с «Мама!» такой подход вполне уместен, поскольку соответствует избранной стратегии. Это не случайность, не потеря контроля. Тут продуман каждый шаг.

Режиссёр Аронофски сказал громкое «БУ-У!!», и от этого возгласа теперь не отвертеться, не забыть. Получилось искренне, по-злому, и безусловно талантливо. Подобная встряска всегда полезна, всегда ко двору. И не только для зрителя или автора, но и всего кинематографа. Грань между мейнстримом и арт-кино «Мама!», конечно, не стирает, но делает её явно тоньше, что само по себе очень и очень здорово.

Комментировать

Это ограбление!

Так вот о художественном фильме «Удача Логана» режиссёра Стивена Содерберга, где два брата-раздолбая хотят ограбить гонку NASCAR (точнее, посетителей этой гонки) с помощью Дэниела Крейга, эксперта по взрывчатке, с гордостью носящего прозвище «Ба-бах!».

Контекст новой встречи с прекрасным хорошо известен любому уважающему себя киноману: четыре года спустя режиссёр Содерберг возвращается на большие экраны, тестируя на практике принципиально новый механизм кинопроизводства. И если о второй составляющей имеет смысл разговаривать лишь после окончания мирового проката ленты (в целом, дела идут вполне сносно), то о художественной составляющей долгожданного камбэка можно рассуждать уже сейчас, по факту просмотра.

Впрочем, с художественной составляющей всё было более-менее ясно ещё до премьеры. За прошедшее время творческая артель Содерберга (где он и швец, и жнец, и на дуде игрец) не стояла на месте, а активно развивалась. Строго говоря, исполинский сериал «Больница Никербокер» вместил в себя все предыдущие наработки, и позволил поэкспериментировать с новой фактурой и материалом. Ни о каком застое речь не шла по определению. Тем интереснее было ознакомиться с полным метром, существующим, как известно, по другим законам и правилам.

Режиссёр Содерберг не стал изобретать велосипед. Как минимум, изобретать с нуля. Он, памятуя о своей трилогии «Друзья Оушена», чуть-чуть обновил детали хорошо знакомого (знакомого себе и зрителю) механизма. Добавил юмора и гротеска, дал приглашённым артистам лицедейскую вольницу (больше всех и от души резвится артист Крейг!), сочинил нехитрую, но действенную детективную обманку. Вроде и просто всё, даже проще простого, однако же работает, да ещё как.

Вторым, так сказать, эшелоном американец цепляет к сюжетным фортелям об ограблении вполне читаемое высказывание об одноэтажной Америке, простых работягах, тянущих лямку на непрестижных работах и имеющих грустную кредитную историю. На что или кого им рассчитывать? Только на себя! Даже в том случае, когда расчёт этот подразумевает нарушение уголовного кодекса. Камерная, в сущности, история о «маленьком человеке».

Получилось не просто мастеровито, а мастерски. Без видимых со стороны сверхусилий. При этом, очевидно, что работа штучная. Найденная Содербергом в «Удаче Логана» интонация во многом уникальна. Прямых аналогий не найти (при том, что косвенных — миллион).  Удивительно ли это само по себе? Нет, нисколько. Авторская планка режиссёра по-прежнему очень высока. И опускать её он совершенно точно не планирует. Остаётся ждать новых встреч, которых, зная феноменальную работоспособность Содерберга, должно быть ещё много.

Комментировать

Ходячие в ночи

И несколько слов о художественном фильме «Оно приходит ночью» режиссёра Трея Эдварда Шульца. Уже первые трейлеры всячески намекали на нестандартный подход к привычному казалось бы жанру хоррор. На самом деле, конечно, это не фильм ужасов, а постапокалиптическая драма, где причины случившейся катастрофы не имеют почти никакого значения по сравнению с тяготами существования оставшихся в живых.

Джоэл Эдгертон играет главу семейства (жена да сын; дедушку похоронили в самом начале), скрывшегося в лесах. Заражённые судя практически не доходят, а если и дойдут — получат вооруженный отпор. Ситуация меняется после появления в доме воришки. Оказывается, он тоже человек семейный, ищущий пропитания для ребёнка и супруги. После недолгих раздумий мужчины решают объединить усилия.

Для режиссёра Шульца сюжетный каркас с эсхатологическим привкусом — повод не для упражнений в жанре, а повод для разговора о природе человека в максимально экстремальных обстоятельствах. Когда каждая имеющаяся внутри червоточинка превращается в огромную чёрную дыру. Формальная сторона вопроса (что именно случилось? когда случилось? почему случилось?) тут глубоко вторична. На авансцене: битва характеров и «война всех против всех».

Получилось внушительно. Такие работы всегда с особой теплотой воспринимаешь: минимальный бюджет, хороший кастинг и (главное!) серьёзная тема для разговора и рефлексии. Рефлексии как режиссёрской, так и зрительской. Авторское кино в чистом виде, но с определёнными жанровыми завитушками. Словом, приятная встреча.

Комментировать

Не моголь

Любопытный прецедент: кинотеатральный прокат 8-серийного сериала «Гоголь». Сейчас на экраны вышел «Гоголь. Начало» режиссёра Егора Баранова, который по факту представляет собой две первые серии телевизионного проекта.

Не совсем понятно, каким аршином это мерить, в какую систему координат помещать. Если по части полнометражного кино — один разговор, если по части ТВ — совсем другой. Спутали, одним словом, продюсеры карты. Одно дело, когда весь сериал одним махом показывают. Пришёл, весь сезон отсмотрел и будь здоров. И совсем другое, когда дробят единую историю для показа в кинотеатрах. Дилемма… В итоге, что не скажи, всё равно необходимо некоторые оговорки делать.

Для отечественного телевизора получившийся результат — очень даже. Атмосфера, яркие актёрские работы Меньшикова и Стычкина. В конце концов, сам подход любопытный: такая немного комиксовая история на основе жизни и творческого наследия Николая Васильевича. Как принято говорить в таких случаях, не стыдно получилось. Хороший ориентир для коллег.

Как самостоятельный художественный фильм: местами сумбурно, с заметными следами монтажных ножниц. Тут уже спрос выше. Вторично не только на уровне визуальной эстетики (привет «Сонной лощине» Тима Бёртона), но и музыкального сопровождения (привет Хансу Циммеру с его саундтреком к гайричевскому «Шерлоку Холмсу»). И главное, что у фильма по понятным причинам нет финала. Вместо него призыв из серии «все на просмотр картины второй». Которая, к слову, на экранах должна появиться уже через месяц-полтора.

Вывод-впечатление от увиденного прячется где-то посередине, между вышеописанными равноудалёнными точками. Думается, дождаться полноценной телепремьеры — всё же идеальная стратегия. Но и продюсерам надо должное отдать. Фактически новую модель продвижения собственного продукта придумали. А риск, как известно, дело благородное.

Комментировать

Последний дозор

Несколько слов по итогам очередного (уже предпоследнего!) сезона «Игры престолов». Три недели назад, после четвёртой серии были озвучены опасения, связанные с увиденным до той поры. Некоторые из них актуальны и поныне, но сейчас перед глазами уже вся картина. Можно спокойно и без лишних оговорок свести дебет с кредитом.

По старой доброй традиции последние две серии поднимают планку всего сезона. Дают понять зрителю, что ждал он не зря. Получилось и правда очень боевито. Боевито и… скомкано. Изначально новость о сокращении хронометража седьмого сезона воспринималась как благая весть. Чего греха таить, провисаний и ненужных длиннот в повествовании становилось всё больше. Думалось, вот сейчас-то точно найдут золотую середину! Однако вылилось это в классическое «галопом по Европам». Исчезла главная фишка писателя Мартина: герои сидят друг напротив друга, беседуют, и этот разговор в тысячу раз интересней любой, самой кровожадной битвы или сражения.

По части мотивации некоторых персонажей тоже есть вопросы (увы, эту мысль невозможно развить без спойлеров, поэтому ограничимся констатацией; уже посмотревшие сезон, наверняка, поймут о ком идёт речь).

Но всё, как могло показаться из вышенаписанного, совсем неплохо. Да, сериал эволюционирует, меняется, в некоторых аспектах — не со знаком плюс, но это по-прежнему главное телевизионное зрелище наших дней. Финальная серия установила новый рекорд. Не стоит сомневаться, первая серия заключительного сезона этот рекорд обновит.

Главное, что основной слоган «Игры престолов» уже не актуален. Зима не близко и не рядом, она наступила. Король Ночи не даст соврать.

Комментировать