Допрос

Смотрю (с огромным удовольствием) «Охотника за разумом». Формально — 3-4 человека весь сериал сидят в кабинетах и разговаривают. От экрана при этом совершенно невозможно оторваться. И дело тут не только в содержании их речей, но и в том как именно всё это снято. Шикарные ракурсы, едва заметные наезды камеры, выверенные до последнего миллиметра средние планы, близкая к идеалу геометрия кадра и т.д. В отечественных же сериалах всё… ну, понятно…

Собственно, около трёх месяцев назад подобные мысли уже посещали и здесь фиксировались. Но по-прежнему совершенно непонятно, что конкретно мешает делать лучше и качественнее. Лень? Нехватка времени? Банальное отсутствие таланта? Наплевательское отношение к конечному результату и зрителям?

Комментировать

Дайте стрима!

На Deadline вчера вышла любопытная заметка о том, как Киноакадемия решила думу думать на тему: что делать с продукцией Netflix применительно к оскаровскому сезону. Номинировать или игнорировать, и как вообще к этому относиться. Начались телодвижения, похоже намечается полноценная дискуссия. Чтобы формально соответствовать требованиям, боссы Netflix придумали гениальную в своей простоте штуку: выкупают недельный слот в нескольких кинотеатрах, пускают там соответствующую картину, и готово! Фильм официально был в прокате, а значит имеет полное право для выдвижения на любые кинопремии.

Всё это очень интересно. Хотя, если смотреть в долгую, никаких иных вариантов у Киноакадемии, кроме как признать продукцию Netflix «полноценными» полнометражными фильмами, попросту нет.

Комментировать

Show Me The Money!

Если на фильмографию режиссёра Аронофски посмотреть под углом бокс-офиса (цифры по сборам в США, без учёта мирового проката), интересные вещи обнаруживаются.

Дебютный «Пи» в 1998-м стартовал на одном (!) экране, и при бюджете $60 тыс. собрал в итоге $3,2 млн. Результат выдающийся! «Реквием по мечте» де-факто и де-юре провалился. Бюджет $4,5 млн, сборы — $3,6 млн. Но быстро возникший культ вокруг фильма, думается, огорчение продюсеров скрасил. Через шесть долгих лет выходит «Фонтан» с уже взрослым бюджетом $35 млн, и вот тут провал полный и безоговорочный —  $10,1 млн. Аронофски, очевидным образом, делает выводы и возвращается к тихому indie. Бюджет «Рестлера» $6 млн, сборы — $26,2 млн. На волне успеха снимает «Чёрного лебедя» за скромные $12 млн, а собирает $106,9 млн. «Рестлера» и «Чёрного лебедя» делали на Fox Searchlight. У людей отличный нюх, что тут сказать. Словом, выясняется, что режиссёр всё-таки умеет зарабатывать деньги. И тут Paramount выкладывает $125 млн на «Ноя» и… снова провал, $101,2 млн. По идее, тут бы студии с Аронофски и расстаться. Но нет! Дали вполне приличные $30 млн на «Маму!». И в штатах уже ничего не заработают.

К чему это всё. После беглого взгляда на цифры пара выводов всё-таки напрашивается. Первое: работая с микробюджетами можно зарабатывать очень приличные деньги (с точки зрения вложения/доход — деньги астрономические). Второе: при всём уважении к авторам, больше $50-60 млн им лучше не давать. Не вернут. Третье: при должном маркетинге (качество фильма считаем фактом априорным) бюджеты в $5-15 млн могут приносить существенный доход.

Комментировать

Батьковщина

А ведь интересный казус с фильмом «Телохранитель киллера» случился. Артист Олдман там играет белорусского диктатора Владислава Духовича, которого судят в Гааге. Но в российском прокате он превратился в боснийского диктатора и политического преступника. Это даже не столько про цензуру (хотя это цензура в чистом, кристаллизованном виде), сколько про семантику. Изменили национальность героя, автоматически изменили восприятие, происходящего на экране. Вмешались в авторский замысел посредством точечного купирования смыслов.

При этом сама картина настолько пародийна, что относиться к подобным вещам серьёзно, значит расписываться в собственной узколобости и тотальной закомплексованности. Вроде 21 век на дворе, Маск скоро людей к Марсу отправит, а кого-то по-настоящему волнует, что подумает отечественный зритель, если увидит, как Олдман карикатурно изображает Недолукашенко.

Всё это, с одной стороны, очень смешно, а с другой — печально.

Комментировать

Спутанность сознания

После небольшого перерыва вернулся к просмотру третьего сезона «Твин Пикса» режиссёра Дэвида Линча. Впечатления, скажем аккуратно, смешанные.  Маэстро продолжает гнуть линию абсурда, мистики и почти что беккетовского юмора, всё дальше залезая в совсем непроходимые чащи. Точнее, залезает туда зритель. Самому Линчу, судя по всему, там вполне комфортно. И вот тут возникают вопросы.  С ответами пока торопиться не стоит, но зарождается подозрение, что классик всех разыграл. В первую очередь, святых людей с канала Showtime, выделивших на постановку солидные суммы.

Если вдуматься, есть в этом некая красота жеста. Мол, вы мне деньги, я вам стулья. Но стулья эти по собственным чертежам и без предварительных согласований. Любые оценки только по факту просмотра. И в этом есть своя логика. Сомнения сомнениями, но пока титры финальной серии на экране не появятся, всё это лишь мысли вслух, заметки на полях по ходу просмотра.  А там, кто знает. Режиссёр Линч – гений без страха и упрёка. Может и сложит сей пазл, соединит кусочки в картину невообразимой (и пока непонятной) красоты. Надо подождать, дотерпеть.

P.S. Но версию, что маэстро банально сбрендил, сбрасывать со счётов тоже не стоит.

Комментировать

Без огонька

7 сезон «Игры престолов» пересёк экватор, и впечатления от увиденного пока, скажем прямо, очень сдержанные. Если в 6 сезоне ещё использовались наброски писателя Мартина, то сейчас — свободное плавание. И это, к сожалению, заметно.

Очень потускнели диалоги. Новых ярких персонажей — ноль. Функции некоторых старых знакомых (в первую очередь, Мизинца) вообще непонятны. Так, слоняются из стороны в сторону.

Подобные проблемы, будем откровенны, имели место и в сезоне номер 6, но серия «Битва бастардов» многое искупила. То был шедевр, из-за которого можно было закрыть глаза на имеющиеся огрехи.

Режиссёр Мигель Сапочник в работе над седьмым сезоном участия не принимал. То есть, феерии не будет точно. А что будет — очень большой вопрос.

Комментировать

Судьба человека

К вопросу о превратностях актёрской судьбы. Например, артист МакКонахи. Снимался в нулевых в откровенной комедийной ерунде и неудобоваримых (плюс-минус) триллерах/боевиках. А с 2011 года взялся за ум и начал работать на недостижимых доселе высотах. Пик пришёлся на 2014 год, когда и «Настоящий детектив», и «Далласский клуб покупателей», и «Интерстеллар». Казалось, что всё. Просветление окончательно достигнуто и теперь достаточно раз в год сниматься у какого-нибудь уважаемого автора, цементируя статус артиста артистыча.

Но дальше идут три работы подряд, которые совершенно точно ничего нового нам не сообщили. Грядущая «Тёмная башня» ещё до премьеры вызывает массу вопросов. И уже очевидно, что сам факт участия в проекте МакКонахи никакой особой ажиотации не вызывает.

И это даже не столько о выборе проектов, сколько о причудах зрительского восприятия. Ещё вчера ты показатель качества, а сегодня уже нет.

Комментировать

Эволюция

Полноценная заметка о новом Нолане будет вечером, но сейчас, на уровне ремарки, хочется заметить, что художественный фильм «Дюнкерк» продемонстрировал одну важную вещь: британец не закостенел в плену собственных приёмов (при просмотре «Начала» и «Интерстеллара» такая мысль порой возникала), а продолжает искать и развиваться.

Это очень важно и само по себе замечательно.

Комментировать

Мы будем жить теперь по-новому

Режиссёр Нолан на днях раскритиковал Netflix. Аргументы понятны: художественные фильмы надо смотреть в кинотеатрах и т.д. и т.п. Но Кристофер, специально или нет, упускает важную деталь стратегии революционеров. Netflix не просто выкладывает готовую картину в открытый доступ, а даёт режиссёрам полную творческую свободу. И именно это является ключом к успеху. Авторы получают в распоряжение внушительные бюджеты, у них развязаны руки, многомиллионная аудитория ждёт премьеры у своих мониторов/телеэкранов. Это и есть реалии XXI века.

На 35 мм сейчас снимают единицы (среди них — сам Нолан), лет через 10-15 главные премьеры (как в жанровом сегменте, так и в авторском) будут на Netflix. Этому развитию технологий ничего кроме «стариковского» ворчания противопоставить невозможно.

Комментировать

Под правильным углом

Всегда интересовал вопрос, почему в российском кино минимальное значение придают такому компоненту как ракурс. В подавляющем большинстве случаев (есть и исключения, но они есть всегда) объект снимается, что называется, в лоб. На крупном плане, среднем или общем. В любой серии, скажем, «Больницы Никербокер» Стивена Содерберга интересных ракурсов было примерно в сто раз больше, чем во всей фильмографии режиссёра Бортко.

И вроде ведь не такая уж сложная задача. Да, требующая кропотливой работы и порой математического расчёта, но не более. Это, в конце концов, и есть хлеб любого амбициозного оператора-постановщика. Ан нет. Всё больше какой-то телевизионный спектакль на экране.

Комментировать